97894c30     

Обручев Владимир - Завоевание Тундры (Отрывок Из Повести)



Владимир ОБРУЧЕВ
Завоевание тундры
Отрывок из повести
1. Полет над тундрой
Тяжелый транспортный самолет медленно поднялся с аэродрома Усть-Порт в
устье Енисея и полетел на северо-восток, направляясь на место разведок у мыса
Нордвик в Хатингском заливе, куда нужно было доставить почту и срочные грузы.
Миновав плоские высоты правого берега Енисея, он летел на высоте 1000 м над
широкой впадиной Хатангской депрессии, которая отделяет северную окраину
Средне-Сибирского плоскогорья от гор Бырранга, вернее, расчлененного плато
полуострова Таймыр. По всей этой впадине, шириной до 200 км, расстилалась
тундра, то холмистая, то ровная, блестели под лучами солнца ленточки рек и
речек и зеркала озер и озерков. На юге, на краю возвышенности, кое-где чернели
редкие рощицы северной границы лесной зоны. Осталось в стороне зеркало
большого озера Пясино.
Полчаса спустя самолет снизился; здесь на берегу реки Пясины виднелось
несколько построек фактории Кресты, откуда на шум моторов выбежали люди и
махали шапками. Пролетая над ними на высоте 100 м, самолет сбросил пакет с
почтой и помчался дальше, набрав опять высоту, где меньше чувствовались теплые
струи воздуха, поднимавшиеся с тундры. Часа полтора он летел вдоль реки
Дудыпты, а от озер в ее верховьях повернул немного на восток и через полчаса
опять снизился над факторией, стоявшей на правом берегу широкого русла,
вернее, эстуария Хатанги, где опять сбросил почту. Еще два часа [полета] вдоль
этого русла, постепенно расширявшегося в огромный залив, - и посадка на
аэродроме у мыса Нордвик.
На всем протяжении полета видна была только пустынная тундра, ленты рек и
зеркала озер. Лишь кое-где, через 150-200 км, стояли маленькие фактории, а в
промежутках виднелись отдельные чумы эвенков, казавшиеся маленькими черными
точками, и вблизи них - пасшиеся стада северных оленей, которые напоминали
крошечных серых червяков с черной спинкой, ползавших по ковру травы и ягелей
тундры. Когда самолеты впервые появились над тундрой и летали невысоко, они
сильно пугали оленей. Животные, задрав головы, бросались врассыпную и убегали
так далеко, что пастухам стоило много труда собрать их. Поэтому летчиков
просили летать возможно выше, и стада постепенно привыкли к гулу самолета,
только поднимали головы и провожали взглядом эту странную огромную птицу.
В Нордвике, где самолет ночевал, штурман Филонов за ужином разговорился:
- Летал я над этой тундрой уже много раз, бывал и над Большеземельской и
над Тазовской и думаю - какое огромное пространство земли пропадает зря для
человека.
- А олени? - возразил пилот Сомов. - Тундра - прекрасное пастбище для них.
А олень дает мясо и шкуры. Можно развести их сотни тысяч или миллионы.
- А знаешь ли ты, сколько площади тундры нужно, чтобы прокормить одного
оленя?
- Не знаю. Вероятно, 4-5 га или меньше.
- Ошибаешься, целых 11 га!
- Ну, так что же? Места хватит на всех.
- Хватит-то хватит, но это нерациональное использование пространства. И
потом много хлопот. Нужны пастухи, собаки. Время от времени падежи уничтожают
целые стада. Значит, нужны еще ветеринары. И жилища, и снабжение, и транспорт
для вывоза мяса и шкур.
- Ничего другого не придумаешь. Хлебопашество здесь невозможно, а для
горного промысла нет перспектив. Разве найдут нефть.
- Ту же тундру можно лучше использовать, разводя рыбу. Здесь много озер и
речек, можно устроить пруды и разводить ценную рыбу - карпов, сазанов,
карасей. И один гектар пруда даст больше, чем 11 га, необходим



Содержание раздела