97894c30     

Овчинников Олег - На Краю Вселенной



Овчинников Олег
НА КРАЮ ВСЕЛЕННОЙ
А в это время где-то на краю Вселенной умирал мальчик.
Он был еще слишком мал, умирал всего 84-й раз, поэтому к
смерти своей относился как к некому таинству.
Он знал, что умирать легко. Достаточно лечь на спину,
закрыть глаза, задержать дыхание, медленно досчитать до ста и
остановить сердце. Но сегодня смерть не шла к нему. Ей мешала
память.
Он вспоминал маму. Когда он был еще совсем крошечным, она
каждый вечер брала его на руки и очень нежно останавливала
дыхание. Затем, когда он стал понимать, она научила его умирать
самостоятельно.
Они вместе играли в его игрушки, она читала ему вечером
книжки, а он рассматривал картинки. А потом она говорила:
- Уже поздно, сынок, тебе пора умирать.
- Ну, мама, я же еще не хочу умирать!
Куда интересней было играть в игрушки, строить дом из
кубиков и слушать сказки. Ведь тогда они были вместе. А смерть
всегда разлучала их, хоть и ненадолго. Когда жизнь только
начинается, каждый час, отданный смерти, кажется потерянным.
"Местные жители называли свою планету Хрустальный Мир,
потому что она состояла из цельного куска хрусталя. Комета,
которая с катастрофической скоростью приближалась к ней, на 80
процентов состояла из железа. В этот день они вошли в
соприкосновение.
Говорят, что вакуум не проводит звук. Это неправда. Звон
слышался на несколько парсеков вокруг..."
- Так нужно, сынок. Ночью все люди должны умирать.
- Кто все люди, мама?
- Ты и я.
- А другие люди? Где другие люди?
- Они уснули, сынок.
И две вертикальные морщинки у нее на лбу, и он понял, что
она опять расстроилась, и что именно его вопросы послужили
причиной. Но ему хотелось знать, и он спросил:
- Что значит уснули, мама?
- Как бы тебе объяснить... - она медленно подбирала слова.-
Понимаешь, сон - это как смерть. Только очень долгая смерть. И
если ты уснешь, ты уже никогда не сможешь родиться снова.
И он понял. И ему стало страшно.
- Мамочка! Ну скажи, ты ведь никогда не уснешь?
И он готов был заплакать. А она взяла его на руки, прижала
к груди и сказала:
- Ну что ты, маленький! Конечно, я никогда не усну.
А потом она уснула.
"На планете со звучным, но непонятным названием Риэлта
наступил Час Уединения. Каждый житель планеты забрался в
собственную норку и в течение часа бил себя передней верхней
лапкой в панцирь, восклицая: "Ну почему я не такой, как все?"
Частота ударов задавалась метрономом..."
Он привык, что перед смертью она всегда целовала его в
щеку. Может быть, поэтому он сейчас не мог умереть. Но умереть
надо, он уже чувствовал, как холодно стало вокруг. И если он не
умрет до захода солнца, он может просто уснуть.
И во сне увидеть маму.
Но он еще слишком молод, чтобы засыпать.
Он в третий раз досчитал до ста, и наконец-то ему удалось
остановить сердце.
И солнце ушло освещать другую сторону планеты. И вслед за
солнцем ушла атмосфера. Температура падала вниз, пока еще было
куда падать. Жесткие космические лучи прожигали планету в
надежде найти что-нибудь живое. Но ничто не могло причинить
вреда мертвому мальчику.
"А на Планете Амазонок наступило Бабье Лето..."
А тем временем где-то на краю Вселенной родился мальчик. Он
рождался уже в 85-й раз, но до сих пор не переставал радоваться
этому событию. Как если бы оно было впервые.
26 сентября 1994




Содержание раздела